Обычно нам, журналистам, приходится искать своих героев – порою, как древнегреческий философ Диоген, днeм с огнeм. Тем более для такого серьeзного проекта, как отраслевой конкурс "Доска Почeта". А вот мне повезло: героиня нашлась сама, причeм уже много лет назад.

И почти с самого начала нашего знакомства я, как говорится, начала "точить перо" на Елену Гильбертовну, да всe как-то не складывалось. Может, оно и к лучшему: герой всегда должен как следует "настояться" в душе автора, чтобы всe второстепенное, несущественное выпало в осадок и осталась одна драгоценная субстанция человеческой личности, чистая, как слеза. Обязательно надо проверить временем свои чувства к будущему герою. Потому что, если чувств нет, так и писать не стоит.

 

На приeм – как на праздник

Познакомились мы, надо сказать, самым будничным образом – как знакомятся обычно доктор с пациентом. Сидя в ожидании приeма на уютном диванчике в коридоре лечебно-оздоровительного комплекса железнодорожной поликлиники № 2, разглядывая картины на стенах, выполненные в какой-то совершенно необычной манере, и рассеянно припоминая, где прежде могла видеть подобное, я и представить себе не могла, что через несколько минут увижу художника собственной персоной – в белом халате, за столом врачебного кабинета.

Зато Елена Лялина встретила меня так, как будто не только ожидала, но и мечтала увидеть:

– Здравствуйте, какие люди к нам! Приветствую в вашем лице уважаемую дорожную газету! Постойте-ка, у меня кое-что для Вас есть, как творческому человеку Вам будет интересно...

В ту же минуту на столе появились несколько номеров местного литературно-художественного журнала с еe иллюстрациями, открытки-репродукции, пакетик с каким-то бисерным рукодельем изумительной красоты и такой же сложности. И я тут же вспомнила, где видела эти картины: конечно же, на саратовских художественных выставках, которые ещe несколько лет назад посещала достаточно часто. А имя художницы, оказывается, и не забывала никогда, вот только, увидев его на табличке у кабинета, в первый момент не осознала, что это – то самое.

Попутно выяснилось, что Елена Гильбертовна – давний друг и автор "Железнодорожника Поволжья": ещe в девяностые, задолго до моего прихода в газету, выступала на еe страницах с серией публикаций о том, что такое гомеопатия и "с чем еe едят". Это сегодня в преимуществах данной отрасли медицины в сравнении с традиционным, таблеточным, лечением уже почти никто не сомневается, а в ту пору было ещe немало желающих поставить знак равенства между словами "гомеопат" и "шарлатан"...

Предвижу ваш вопрос: а как же лечение, не забыла ли о нeм доктор в порыве вдохновения? Ничуть! Но в том-то и дело, что за общением на, казалось бы, совсем отвлечeнные темы лечебные мероприятия прошли как-то совершенно незаметно, без почти неизбежного в таких случаях стресса. И сколько мне ни приходилось впоследствии бывать на приeме у доктора Лялиной – всегда покидала еe уютные маленькие покои с ощущением праздника в душе. Безусловно, способствуют тому и картины на стенах, и обилие живой зелени, и аквариум с его экзотическими обитателями, но разве это главное? Главное – человек, который окрашивает всe это своими эмоциями, заряжает своим мощным положительным зарядом. Человек-праздник.

 

Девочка со станции Еруслан

А ведь жизнь Елены, если приподнять сказочную завесу, через которую она всегда умела смотреть на самые обыденные вещи, с детства очень мало походила на праздник. Сначала – непростое деревенское детство: родители-агрономы в вечных разъездах по сeлам, а на дочке – дом, хозяйство. Между прочим, свою трудовую биографию Лена тоже начинала с работы на земле: даже "Трудовая книжка колхозника" сохранилась! Потом – годы, десятилетия упорного и непрестанного труда, которым она приближала поставленные цели и исполняла заветные мечты. Были неудачи, были потери, и среди них самая страшная, которую не приведи Бог ни одной матери...

Словом, окажись на месте этой хрупкой с виду, но несгибаемой женщины кто другой – неизбежно сломался бы, поплыл по течению. Ожесточился или, во всяком случае, очерствел сердцем. А она вот не только нашла силы остаться собой, но и сохранила какую-то детскую открытость души, еe распахнутость навстречу добру и в то же время способность светиться не отражeнным, а собственным внутренним светом.

– Всe моe сознательное детство, начиная с девяти лет, проходило на маленькой станции Еруслан близ Мокроуса Саратовской области, – без долгих предисловий начинает Елена Гильбертовна рассказ о своих ещe не известных мне истоках. – Сегодня она закрыта, поезда там больше не ходят. А в ту пору одним из главных развлечений местных жителей, особенно юных, было смотреть на проходящие составы. И мечтать о дальних неведомых краях, в которые они уносятся, о жизни, полной приключений, похожей на сказку... Так что, как видите, моя будущая связь с железной дорогой была в известной мере предопределена!

Да уж, сказки она обожала с тех пор, как себя помнит: и слушать их, и рассказывать самой, и... рисовать. Рисовать! Это для маленькой Лены была не просто мечта, а жизненная потребность – такая же сильная, как есть, пить, дышать, любить свою малую родину, пропитанную сказочным духом старины. И чем больше подрастала девчонка, тем сильнее эта потребность становилась.

– Но была и другая мечта, идущая уже не от веры в сказку, а от суровой прозы жизни: стать врачом. Люди, которых я знала и любила, болели страшными болезнями, умирали, и никто не мог им помочь. Поэтому для меня другой судьбы не существовало, я всегда знала, что буду лечить людей.

Пришло время – она стала студенткой Саратовского медицинского института. Потом несколько лет проработала педиатром в Мокроусе. Себя не жалела, набиралась опыта, жадно поглощала новые знания из всех источников, какие удавалось раскопать. Однако страшные болезни сдаваться не хотели. Каждый свой рабочий день Елена Лялина с болью убеждалась, что традиционная медицина, которой она служит, очень часто бессильна перед ними.

И тогда творческое начало, которое в ней не засыпало никогда, подсказало путь дальнейших поисков – нетрадиционный. Деньги, которые подарила ей на свадьбу мама (было это в 1990 году), Лена потратила на курсы иглорефлексотерапии в московском НИИ. "Нормальная женщина шубу купила бы или путeвку", – смеeтся моя собеседница. К счастью, "нормальной женщиной" – в этом самом примитивно-бытовом смысле – Елена Лялина никогда не была.

В 2006 году она пришла в железнодорожную медицину и остаeтся ей верна. Кстати, шубы у Лялиной нет до сих пор: всe как-то не получается. Зато табличка с еe фамилией у рабочего кабинета – самая длинная в поликлинике № 2: гастроэнтеролог, иглорефлексотерапевт, гомеопат... Относительно недавно к этому перечню добавилась ещe одна медицинская специальность – гирудотерапевт. И я почему-то уверена, что на этом доктор Лялина не остановится.

 

"Здесь русский дух..."

– Меня просто умиляет манера многих моих коллег запугивать пациентов, – сказала мне как-то Елена Гильбертовна. – Человеку и так плохо, а ему ещe посыпают соль на раны: "что вы делаете!", "так нельзя!", "знаете, чем это может для вас кончиться!". Вряд ли от этого бедняга скорее поправится.

Я множество раз была свидетелем того, как общается с людьми сама Лялина: так, словно они – добры молодцы да красны девицы с еe полотен. Тут и добрый юмор, и ненавязчивая подсказка, и глубокая заинтересованность в судьбе своих героев... то есть пациентов, прошу прощения. А во главе угла – конечно, уважение и сострадание к человеку, и тут уж без разницы, реальный он или картинный.

Невозможно понять, где в этой женщине кончается врач и начинается художник. Думаю, уникальность еe личности в том и состоит, что она не разделяет в себе эти два начала: свои врачебные задачи решает как творческий человек, а творит – как истинный врачеватель. К примеру, был в медицинской практике Елены Гильбертовны уникальный случай, когда с помощью всего одной (!) точно поставленной пиявки она вернула человеку зрение. И это не сказка, хотя очень на неe похоже. Ну, а случаев, когда посетители лялинских выставок уходят домой другими людьми, вообще не счесть: так происходит практически всегда. Просто невозможно не проникнуться самому светом, радостью и добротой, наполняющими полотна художницы, нельзя остаться равнодушным к буйству красок, к наивно-мудрой манере письма и, конечно, к персонажам Лялиной. Вот это уже – самая настоящая сказка: пышнотелые русалки, чаeвничающие с очень похожими на них деревенскими красавицами, домовые, распивающие пиво с мужичками, мирно соседствующие черти и ангелы, экстравагантные ведьмочки... Ну и, конечно же, знаменитые лялинские коты и кошки, благодаря которым Елена Гильбертовна снискала у журналистов почeтный титул "главного котописца Саратова". Кстати, у себя дома, в посeлке Сокол (пригород областного центра), она кормит всех бездомных прототипов своих хвостатых героев, которые, едва завидев "маму", осаждают еe орущими толпами...

На творческом счету доктора Лялиной – 25 только персональных художественных выставок, общее же их количество – свыше ста. Сколько всего работ? Елена их никогда не считала, говорит – должно быть около семисот. Сегодня еe картины есть в собраниях практически всех саратовских музеев, в частных коллекциях многих литераторов, актeров, музыкантов, искусствоведов – саратовских и не только. Их можно увидеть в больницах и школах, банках, редакциях газет и журналов. Охотно увозят лялинские холсты за кордон иностранцы: как же, "здесь русский дух, здесь Русью пахнет".

Было время – Елена Лялина творила свою живописную сказку ночами, прислонив подрамник к детской кроватке, бегала на кухню помешивать кашку, зажав кисть в другой руке. Теперь проще: муж и двое уже взрослых сыновей и кашу сами сварят, и в многотрудных выставочных делах маме всегда помогут. Да и за вдохновением далеко ходить не надо: прямо за окнами еe, считай, загородного дома, как напоминание о далeком деревенском детстве, – тeмные леса, изумрудные луга, синие озeра. Такая красотища, что ни в сказке сказать, ни пером описать – разве что привычной к чудесам лялинской кистью...

Спасибо, доктор Сказка! Пусть и в доме вашем, и за его пределами, и в душе – повсюду царят мир и красота. И мы тоже будем ими спасаться.

 

Ирина Бакалова